Мнение: Текущие события в Мьянме в свете динамики ее отношений с Китаем

При цитировании информации активная гиперссылка на evo-rus.com обязательна.

1 февраля 2021 года в Мьянме произошел военный переворот, в результате которого была задержана Аунг Сан Су Чжи, фактический лидер правящей партии Национальная лига за демократию (НЛД), а также несколько государственных чиновников.

Армия Мьянмы взяла на себя управление страной и объявила чрезвычайное положение на год, сославшись на «фальсификацию» выборов, состоявшихся 8 ноября 2020 года.

В своей политической истории Мьянма неоднократно сталкивалась с военными интервенциями. Однако, в отличие от прошлых переворотов, нарративы, традиционно используемые для оправдания переворотов, такие как “внутренние беспорядки” и “угроза целостности Союза Мьянмы”, на этот раз не перечислены среди причин. Переворот был оправдан тем, что на выборах в ноябре 2020 года поддерживаемая армией Союзная партия солидарности и развития (УСДП) получила лишь треть голосов, набранных НЛД “либерала” Су Чжи.

Есть подозрение, что армия обеспокоена сложившейся ситуацией и что переворот, возможно, был осуществлен по целому ряду причин, включая желание высокопоставленных чиновников избежать международных санкций за массовые убийства мусульман рохинджа. Тот факт, что военное вмешательство произошло в течение недели, в течение которой правительство должно было получить одобрение парламента, по-видимому, подтверждает эти утверждения.

Мьянма важна для Китая из-за ее сложной внутренней политики, неустойчивых отношений с международным сообществом и геостратегического положения, о чем свидетельствуют последние события.

В данной статье последние события в Мьянме будут оценены с точки зрения китайско-мьянманских отношений, а политическая система Мьянмы будет рассмотрена с исторической точки зрения, а также в контексте ее отношений с Китаем.

Политическая история Мьянмы

Чтобы понять место Мьянмы в современной глобальной системе, необходимо оглянуться на недавнюю историю страны с точки зрения ключевых поворотных моментов и подчеркнуть определенные элементы преемственности.

В Мьянме Бирманский союз был создан в качестве конституционного правительства в 1948 году. Система страны была смоделирована по образцу бюрократической инфраструктуры предыдущей британской колониальной администрации, но основные функции были делегированы представителям бирманской армии, а административные обязанности – британским местным элитам.

Таким образом, было сформировано смешанное правительство с гражданскими и военными элементами. С момента обретения независимости страна проводила свою внутреннюю и внешнюю политику по трем основным направлениям: продолжающиеся внутренние этнические конфликты и проблемы экономического развития; интеграция в глобальную систему; изоляция и балансирование основных действующих лиц в регионе.

Мы можем утверждать, что во время Холодной войны и ее последствий, Мьянма, проводившая “нейтральную внешнюю политику” в первые годы своей независимости, поддерживала то, что можно назвать сбалансированными отношениями с Китаем и Соединенными Штатами.

В ее истории можно найти множество примеров уравновешивающей политики. Например, в 1950-х годах, когда военное сотрудничество и помощь со стороны США были сокращены в результате “Акта о боевых действиях” – акта о взаимной помощи в области обороны, – подписанного с США в 1951 году, Мьянма прибегла к углублению своих военных и экономических связей с Китаем.

Политика Мьянмы в 1950-е и 1960-е годы была чревата противоречиями, характеризовавшимися напряженностью между этническими общинами и центральным правительством в вопросе о том, следует ли проводить социалистическую или рыночную политику.

В 1958 году, в результате эскалации конфликта, премьер-министр У Ну призвал армию “восстановить порядок”, и через 18 месяцев были проведены выборы. Союз бирманского правительства, который был создан на основе Панглонгского соглашения, подписанного между генералом Аун Санем и представителями основных этнических меньшинств страны, таких как Качин и Чин, прекратил свое существование во время военного переворота генерала Не Вина в 1962 году.

В этот период, в условиях “изолированного” внешнеполитического дискурса, Мьянма начала следовать принципам, предписанным девизом “Бирманский путь к социализму” в 1975 году, когда революционный совет состоял из военных чиновников и бирманской социалистической программной партии (БСПП), ее гражданского крыла.

Несмотря на внесенную в 1974 году поправку в законодательство, направленную на повышение эффективности работы парламента, можно утверждать, что армия продолжает доминировать во внутренней и внешней политике страны. По сути дела, Государственный Совет по восстановлению правопорядка (SLORC) консолидировал влияние военных на политику и общественную жизнь.

Хотя 1980-е годы ознаменовали начало длительного режима военной опеки Мьянмы, они также видели, что ее отношения с международным сообществом серьезно ухудшились из-за санкций. В период с 1988 по 2010 год были введены различные санкции, главным образом со стороны США и Европейского союза (ЕС).

В 2000-е годы Мьянма более или менее отошла от своего давнего изоляционистского/нейтрального внешнеполитического дискурса, одновременно проводя внутренние демократические реформы. В 2008 году Совет общественного порядка провел референдум по новой Конституции, и Тейн Сейн победил в 2011 году, когда УСДП (USDP) одержала подавляющую победу, набрав до 80% голосов на выборах 7 ноября 2010 года.

На церемонии инаугурации Тейн Сейн определил свои приоритеты внутренней и внешней политики, подчеркнув, что приоритеты внешней политики предыдущих правительств, которые существовали с момента основания Союза, будут сохранены.

Он также заявил, что Мьянма должна быть активно интегрирована в международную систему путем восстановления отношений с такими международными организациями, как Организация Объединенных Наций (ООН) и Ассоциация государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН).

Сейн также инициировал ряд реформ внутренней политики, направленных на демократизацию. На выборах, состоявшихся 8 ноября 2015 года, на этот раз НЛД получила то же количество голосов, что и УСДП на предыдущих выборах, и таким образом Аун Су Чжи заняла пост государственного советника, фактически став главой государства страны.

Комментарии к ряду статей конституции 2008 года заслуживают внимания при рассмотрении положения армии в политике Мьянмы и бюрократических основ страны. Например, любой закон должен быть принят 75-процентным большинством в системе, в которой военным чиновникам предоставляется 25-процентная квота.

Ключевые министерства по умолчанию зарезервированы для военных офицеров. При определенных условиях армия имеет право вмешаться и взять на себя ответственность, если это будет сочтено необходимым. Хотя с момента своего создания Мьянма имела как гражданское, так и военное правительство, военные оказывают значительное влияние на политику и даже на повседневную жизнь людей.

Несмотря на многочисленные реформы, осуществленные до сих пор в целях демократизации, некоторые статьи конституции 2008 года обнажают и даже усиливают влияние армии.

Историческое измерение китайско-мьянманских отношений

Бирма признала Китай в 1950 году, вскоре после своего основания. С этой даты и до эпохи Дэн Сяопина она проводила политику, которая была очень похожа на традиционные принципы внешней политики Китая. Двусторонние связи, которые рассматривались как одна из наиболее важных особенностей этого периода, были названы “pauk phaw”, что означает “братство” на бирманском языке.

Стоит отметить, что Китай пытался улучшить отношения даже при поддержке Коммунистической партии Бирмы (КПБ), которая боролась с центральным правительством Мьянмы до 1978 года. Китай даже купил избыток риса Мьянмы в 1960-х годах.

Учитывая тогдашний ВВП Китая и тот факт, что он находился на пороге культурной революции, это можно было считать стратегическим шагом. Однако в период с 1967 по 1973 год Китай предоставил КПБ достаточно снаряжения и вооружения, чтобы вооружить 10 000 солдат. Организация распалась в 1989 году, когда Китай прекратил ее поддержку.

В последние два года 1980-х годов произошли события, которые объединили Мьянму и Китай вокруг общего знаменателя. В то время как иностранные санкции были введены против Мьянмы в результате обращения правительства с протестующими во время демократических движений 1988 года и отмены выборов 1990 года, события на площади Тяньаньмэнь стали катализатором западных эмбарго против Китая.

В этот период Китай компенсировал Мьянме ущерб, который она понесла в результате введенных Западом ограничений, особенно в военной области, и Китай стал важным инвестиционным потоком для Мьянмы в 1990-е и 2000-е годы.

Хотя усилия Мьянмы по демократизации в 2000-е годы совпали со сменой правительства, отношения Китая с этими правительствами не всегда следовали одной и той же схеме.

Например, проект плотины Миицоне, который был согласован в 2009 году, был приостановлен в 2011 году компанией Thein Sein. В 2016 году Су Чжи, тогдашний глава правительства Мьянмы, решила возродить приостановленные крупномасштабные проекты с китайским партнером, за исключением спорной плотины Мьицоне. А нефтепровод Китай-Мьянма, эксплуатация которого была прекращена во время правления Тейн Сейна, был вновь открыт в апреле 2017 года.

Что значит Мьянма для Китая

Если отношения между Китаем и Мьянмой интерпретировать с геостратегической и геополитической точек зрения, то Мьянма в них служит воротами в Индийский океан и Бенгальский залив для Китая из-за своего геостратегического положения.

Кроме того, хотя она дает прямые выгоды Китаю из-за его богатых природных ресурсов и того факта, что она разделяет сухопутную границу с Китаем протяженностью 2 204 километра, она также представляет собой ряд рисков именно потому, что они являются соседями.

Хотя основная динамика отношений Китая с Мьянмой определяется такими факторами, как геостратегия, экономика и региональное соперничество за власть, они также непосредственно влияли на политическую систему и внешнюю политику Китая с момента основания Мьянмы.

Если рассмотреть историческое измерение китайско-мьянманских отношений, то вырисовывающуюся картину можно суммировать в четырех пунктах: влияние военной опеки Мьянмы на ее внутреннюю и внешнюю политику; перекалибровка Китая против смены правительства (военного или гражданского) в Мьянме; экономические и торговые отношения Китая; безопасность границ и попытки ограничить влияние глобальных держав в регионе, например, США.

В рамках этих параметров, Мьянма включена в Китайско-мьянманский экономический коридор в рамках китайской инициативы “Пояс и путь”. Мьянма официально присоединилась к инициативе “Пояс и путь” в 2018 году после подписания меморандума о взаимопонимании из 15 статей.

Таким образом, в результате геостратегических завоеваний, упомянутых выше, Китай теперь имеет возможность обойти Малакский пролив (маршрут протяженностью 1700 километров) и получить альтернативный выход в Индийский океан.

Китай связывает мьянманский Мандалай, а также Янгон и Кяукпютахат в Бенгальском заливе со своей провинцией Юньнань, которая не связана с морем. В рамках Китайско-мьянманского экономического коридора (КМЭК) уже созданы соединительные маршруты, такие как специальная экономическая зона Кяукпю, приграничная зона экономического сотрудничества Китая и Мьянмы и проект нового города Янгон.

Пожалуй, самой заметной точкой китайско-мьянманского коридора является китайская провинция Юньнань. Имея границу с Мьянмой протяженностью 1 997 километров, объем торговли Юньнани с Мьянмой составляет 24 процента от общего объема.

Кроме того, глубоководный морской порт Кяукпью и промышленный парк также являются стратегически важными. Проект стоимостью 1,3 миллиарда долларов строится в Ракхайне китайской CITIC group при финансировании тайской Charoen Polcphang group.

Порт Кяукпю расположен в регионе рохинджа, где происходят интенсивные конфликты. В этой связи особо выделяется геоэкономический аспект китайско-мьянманских отношений. При оценке в контексте инициативы “Пояс и путь”, недавно осуществленной Китаем, политическая нестабильность в любой из стран его периферии отрицательно скажется на экономических и коммерческих интересах Китая.

В случае Ракхайна, Китай защитил Мьянму от международных санкций и осуждений в Совете Безопасности ООН (СБ ООН): в 2007 году он наложил вето на резолюцию, призывающую положить конец нападениям на этнические меньшинства, а в 2017 году он наложил вето на резолюцию, предложенную для прекращения агрессии против Ракхайна.

Китай, с другой стороны, попытался сыграть свою роль в разрешении этнического спора в местной политике Мьянмы, а также в поддержании баланса между армией, правительством и оппозицией.

Геостратегическое значение Мьянмы для Китая, а также проблема безопасности границ, выдвинули страну на передний план в отношениях Китая со странами ее обитания.

Еще одним вопросом, которым Китай особенно обеспокоен в отношении соседних стран, является безопасность границ и потенциальные последствия для Китая в случае внутреннего конфликта в этих соседних странах.

В результате Китай предпринимает попытки подключиться к процессу миростроительства в Мьянме. В 2013 году он официально принимал мирные переговоры с организациями меньшинств Мьянмы. В качестве решения кризиса рохинджа был предложен трехэтапный план. Однако эти инициативы Китая не получили положительного отклика, не в последнюю очередь со стороны армии Мьянмы-Татмадау.

Мы можем заключить, что идеологическая политика, принятая Китаем в 1960-х годах, стоит за сдержанным отношением Татмадау к современным китайско-мьянманским отношениям.

С момента обретения Мьянмой независимости в 1948 году, армия стала самой мощной политической и административной силой в стране. Демократические движения, начавшиеся в 2011 году, также были инициированы с одобрения армии и при определенных конституционных гарантиях.

С другой стороны, этнические конфликты, военно-политические отношения и балансирование иностранных держав были движущими факторами в международных отношениях страны. В свете всех вышеперечисленных факторов, Китай поддерживает свои отношения с Мьянмой либо ведя переговоры с режимом военной опеки, либо с гражданской администрацией страны на экополитических основаниях, и делает это для того, чтобы уменьшить влияние США в регионе, как это происходит со всей его деятельностью в Азии.

Поэтому сохранение пограничной безопасности и внутренней стабильности, по-видимому, идет на пользу Китаю. Решение Китая вместе с Россией отойти от консенсуса в решении Совета ООН по правам человека по Мьянме после последней военной интервенции на основании “невмешательства в ее внутренние дела”, демонстрирует последовательность политики Китая в отношении Мьянмы.

Подпишитесь на EVO-RUS.COM

Yandex news

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»