Анализ: Готова ли Саудовская Аравия к восстановлению отношений с Турцией и Катаром?

При цитировании информации активная гиперссылка на evo-rus.com обязательна.

Король Саудовской Аравии Салман 20 ноября провел телефонный разговор с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, чтобы обсудить, как они могут разрешить напряженные отношения между двумя странами. Между тем, министр иностранных дел Саудовской Аравии принц Фейсал бин Фархан Аль Сауд заявил, что Эр-Рияд добивается прекращения блокады Катара.

Это вызвало предположения о том, что Саудовская Аравия может, наконец, нормализовать отношения с Турцией и Катаром после напряженности, возникшей после дипломатического кризиса в Персидском заливе 2017 года, когда Саудовская Аравия и другие государства разорвали отношения с Катаром. Также росло враждебное отношение к Турции, которая встала на сторону ее соперника из Совета сотрудничества стран Персидского залива (ССЗ).

Примирительные комментарии Саудовской Аравии последовали после победы Джо Байдена на президентских выборах в США, в результате чего Эр-Рияд вынужден был реформировать свою внешнюю политику. Во время своей президентской кампании Байден пообещал «переоценить» связи с Эр-Риядом, в частности, из-за санкционированного Саудовской Аравией убийства обозревателя Washington Post Джамаля Хашогги в консульстве Саудовской Аравии в Стамбуле, в октябре 2018 года, наряду с войной в Йемене под руководством Саудовской Аравии.

При потенциальном давлении Вашингтона на Эр-Рияд, Саудовская Аравия может изменить свою воинственную внешнеполитическую позицию, которую придерживается наследный принц Мохаммад бин Салман (МБС). Хотя МБС в настоящее время является следующим претендентом на саудовский престол, он захватил абсолютную власть внутри страны и является основным катализатором позиции Эр-Рияда по Турции.

Однако король Салман позвонил Эрдогану за день до саммита G20, который состоялся в Эр-Рияде 21 и 22 ноября. Оба лидера согласились «держать каналы диалога открытыми».

Хотя и Эр-Рияд, и Анкара ранее имели лучшие отношения и сотрудничали по региональным вопросам и помогали сирийской оппозиции против Башара аль-Асада в гражданской войне в Сирии, теперь все изменилось под эгидой МБС.

Помимо того, что Турция встала на сторону Катара в кризисе Персидского залива, раскрытие убийства Хашогги нанесло быстрый удар по PR-кампании MBS, направленной на то, чтобы представить королевство как «реформистское» и «прогрессивное», и Эр-Рияд в значительной степени обвинил Анкару в повышении осведомленности о роли наследного принца в убийстве Хашогги. В ноябре, в Турции продолжился суд над 20 официальными лицами Саудовской Аравии, которые не проживают в Турции, по делу об убийстве Хашогги.
На фоне растущей вражды Саудовская Аравия также занимает противоположную Турции сторону в региональных конфликтах.

С конца 2018 года она изменила свою политику в отношении Сирии, стремясь нормализовать режим Асада, в то время как Турция продолжала поддерживать оппозиционные силы. Тем временем в Ливии Эр-Рияд помогал полевому командиру Халифе Хафтару, в то время как Анкара вмешалась военными средствами, чтобы помочь международно признанному Правительству национального согласия (ПНС).

Более того, развился «неформальный» бойкот турецких товаров Саудовской Аравией, пик которого пришелся на октябрь и продолжался до ноября. Различные саудовские компании отказались вести бизнес с Турцией в октябре, особенно после того, как связанная с правительством Саудовская торговая палата призвала к бойкоту в этом месяце. Растущий популизм и антитурецкие настроения в Саудовской Аравии, такие как саудовские СМИ, транслирующие антитурецкие взгляды и школьные учебники, меняющие Османскую империю на османскую «оккупацию», поощряли инициативы по бойкоту.

Несмотря на то, что последнее сообщение было положительным знаком, Турция все еще может скептически относиться к сдвигу в отношениях с Саудовской Аравией, учитывая антагонистический подход Эр-Рияда в прошлом. «Телефонный разговор между Салманом и Эрдоганом не открыл новую страницу наших отношений», – сказал один турецкий чиновник. «Мы должны посмотреть, что будет дальше». Однако после телефонного звонка короля Салмана, Анкара более склонна к восстанавлению связей с Эр-Риядом.

Точно так же может быть слишком рано предполагать, что Саудовская Аравия может восстановить отношения с Катаром. Хотя министр иностранных дел Саудовской Аравии заявил, что он готов к восстановлению отношений, он добавил, что это зависит от переговоров, направленных на решение «проблем безопасности».
В то время как в Эр-Рияде и Дохе возникла напряженность из-за разногласий в политике во время арабской весны 2011 года, а именно: Катар поддерживал оппозиционные движения, а Саудовская Аравия поддерживала контрреволюционные силы, напряженность вспыхнула, когда Эр-Рияд начал блокаду Катара в июне 2017 года и разорвал дипломатические отношения. Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), Египет и Бахрейн также последовали за Саудовской Аравией, создав так называемый «антитеррористический квартал».

ОАЭ, Египет и Бахрейн предъявили Катару 13 требований, включая закрытие таких СМИ, как «Аль-Джазира», прекращение отношений с Ираном, сокращение военного сотрудничества с Турцией и разрыв связей с «террористическими группами». Однако Катар отверг обвинения, и напряженность в Совете сотрудничества стран Залива (ССЗ) сохраняется.

Саудовская Аравия проявила большую готовность взаимодействовать с Катаром, в том числе сообщила о передаче информации по обратному каналу в конце 2019 года. Однако терпимость администрации Дональда Трампа к усилиям Саудовской Аравии и действиям наследного принца продлила кризис.

Предстоящее президентство Байдена может вынудить Эр-Рияд проводить более прагматичную внешнюю политику и подорвать видение МБС, а МБС, безусловно, может попытаться умиротворить Байдена, положив конец кризису в Персидском заливе. Но это зависит от выполнения Байденом своих предвыборных обещаний.
Поэтому, в настоящее время, слишком преждевременно говорить о вероятности восстановления связей между Эр-Риядом, Дохой и Анкарой, хотя доминирование Вашингтона над наследным принцем будет решающим фактором.

Однако Эр-Рияд также столкнется с давлением со стороны ОАЭ, которые могут попытаться сорвать любое воссоединение с Катаром и Турцией. Так наследный принц Мохаммад бин Заид (МБЗ) лоббировал Вашингтон, чтобы поддержать восхождение МБС к титулу наследного принца.

Абу-Даби по-прежнему враждебно настроен как к Дохе, так и к Анкаре. Несмотря на недавнюю восприимчивость Саудовской Аравии к прекращению кризиса в Персидском заливе, посол Эмиратов в США Юсеф Аль Отайба недавно сказал израильскому изданию Channel 12: «Я не думаю, что это разрешится в ближайшее время просто потому, что я не думаю, что был какой-либо самоанализ». Аль-Отайба также обвинил Катар в том, что тот «разыграл из себя жертву».

ОАЭ выступят против любого воссоединения с Катаром, опасаясь, что независимая внешняя политика Дохи может поставить под угрозу их собственное гегемонистское положение на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Враждебность ОАЭ к Турции также не ослабла после того, как Абу-Даби выступил против региональной внешней политики Анкары в Ливии и Сирии, даже более активно, чем Эр-Рияд.

Таким образом, Абу-Даби может стремиться повлиять на Эр-Рияд и заблокировать попытки восстановить связи с Анкарой и Дохой. И у него была бы свобода сделать это. Хотя Байден резко критиковал Саудовскую Аравию в ходе своей президентской кампании, он молчал по поводу ОАЭ. Нормализация отношений Абу-Даби с Израилем прошлым летом, которую одобрил Байден, породила неправильное представление о том, что сделка предотвращает аннексию Израилем Западного берега.

Поэтому, даже если Вашингтон будет давить на Эр-Рияд, закрывая глаза на роль Абу-Даби, он все равно рискует обеспечить восстановление позитивных отношений между этими двумя разделенными лагерями.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»