Немедицинские вопросы о COVID-19. Наука, чиновники, бизнес

При цитировании информации активная гиперссылка на evo-rus.com обязательна.

Эпидемии в разных странах еще не купированы. Но вопросы несоответствия государственных мер реагирования интересам жителей уже встают ребром. Услышав в общественном настроении запрос на поиск виноватых в коронавирусном кризисе, одни органы власти делают заявления о расследовании правомерности действий других властных структур. Власти одновременно с декларацией незыблемости гражданских законов вводят антиконституционные меры по ограничению самых элементарных прав, убеждая население в необходимости ограничений.

Уже сто лет человечество существует, полагаясь на научные достижения. Но именно в период COVID-19 мнение большинства ученых было проигнорировано в пользу сиюминутных интересов чиновников и бизнеса. И это вызывает множество вопросов.

Вопрос 1. Каков истинный смысл введения всеобщего «масочного режима» в условиях пандемии?

Притчей во языцех стали заочные препирания ученых-медиков с чиновниками от медицины в вопросах правил ношения медицинских масок. Госслужбы настоятельно советовали надевать маску сразу после выхода из дома: в общественных местах, в метро, в магазине, на улице.

Часть научного медицинского сообщества обращала внимание на неизбежность последствий затруднения дыхания при длительном ношении маски на лице. Это может провоцировать обострение заболеваний дыхательной и сердечно-сосудистой систем. В марте 2020 года, на фоне повышенного шума в СМИ о дефиците масок в европейских странах, ВОЗ в одной из рекомендаций объяснила бесполезность ношения маски для здоровых людей. Там же было указано на опасность возникновения ложного чувства безопасности от факта ношения маски. В ВОЗ сделали акцент на возросшие нагрузки в системе закупок из-за ажиотажного спроса на медицинские маски.

Правительство Дании, с населением 5,8 млн человек, отказалось от всеобщего масочного режима. Аргументами выступили следующие утверждения: контроль правильного ношения гражданами медицинской маски не представляется возможным, степень защиты дыхательных путей от передачи вирусов не исследована в должной мере, создание дефицита масок в ущерб медучреждениям недопустимо. В ноябре 2020 года датские ученые, на основании данных первой волны COVID-19, были опубликованы результаты исследования эффективности защиты дыхательных путей от коронавируса медицинской маской. Результаты не подтвердили и не опровергли пользу от всеобщего применения масок в социуме.

Фактом остается непреложная медицинская истина: обычная медицинская маска не останавливает распространение выдыхаемого аэрозоля, частицы которого могут содержать вирусы. Маска задерживает более крупные капли, содержащие основную массу выдыхаемых вирусов и бактерий. Поэтому профессор В. В. Зверев, как ученый-вирусолог, рекомендует носить маску только в местах скопления людей. Длительного ношения следует избегать, так как через пару часов маска превращается из средства защиты в средство распространения инфекций, накопив на своей поверхности критичную массу из бактерий, вирусов и спор грибов. На улице, на открытом воздухе, маска на лице бесполезна и даже вредна.

Во время дискурса о средствах индивидуальной защиты чиновники попутно пытались приглушить громкость скандалов, связанных с возросшими ценами на медицинские маски. В то же время при попытках введения масочного режима власть столкнулась с проблемой: обеспечить граждан бесплатными масками не было возможности. Без введения режима ЧС нелегитимным становится расширенный масочный режим как таковой.

Сегодня уже понятно, что маска на лице каждого жителя является средством пропаганды опасности пандемии. Официальное требование обязательного ношения масок всеми гражданами можно считать фактором психологического давления и содействием интересам соответствующего бизнеса. Подтверждением этому служит отказ властей от бесплатной раздачи масок в общественных местах. Еще одним подтверждением «виртуальности» пользы всеобщего масочного режима является весьма редкое использование масок публичными персонами в некоторых странах.

Что касается медицинских перчаток, то абсурдность требования обязательного повседневного ношения еще более выражена. Во многих регионах требования к защите рук свелись к обязательному наличию антисептиков в общественных помещениях. Впрочем, новости о наличии вирусов на продуктовых упаковках появляются до сих пор. Между тем, по мнению микробиолога академика В. В. Зверева, сложная структура не позволяет вирусу сохранять вирулентность вне клеток. Следовое присутствие частей вирусов на упаковке не представляет опасности. Только попадание на слизистую может спровоцировать заболевание. Собственно же кожа человека создана для защиты организма. Частое применение антисептиков снижает защитные свойства кожи.

Первая волна пандемии показала лишенными смысла мероприятия по обработке специальными растворами дорожного покрытия, тротуаров и зданий. Тот же В. В. Зверев упомянул о вреде данных «процедур»: подобные обработки только способствуют развитию новых штаммов бактерий, устойчивых к дезинфектантам. ВОЗ признала неэффективность обработки аэрозольным способом наружных поверхностей, а в присутствии людей — вредной. Поэтому вторая волна пандемии не сопровождалась «мытьем» улиц европейских городов антисептиками.

Мнение. Введение режима обязательного ношения средств индивидуальной защиты, в ущерб медицинской целесообразности, направлено на вовлечение каждого человека в пропаганду опасности COVID-19. Маска на лице каждого — лучшее напоминание об опасности коронавирусной инфекции.

Вопрос 2. Насколько эффективны и для чего нужны меры по самоизоляции населения?

Здравое и научное восприятие действительности ставит много вопросов о целесообразности мер карантинной изоляции граждан во время роста заболеваемости. Запрет на пребывание на открытом воздухе никак не вяжется с разрешением посещать продуктовые магазины и выгуливать собак. Запрет на передвижение в собственном автомобиле без QR-кода с одновременным разрешением поездок на такси без какого-либо пропуска также кажется противоречащим здравому смыслу.

В то же время неизбежное ослабление иммунитета при длительном пребывании в закрытом помещении является «медицинским» фактом.

Чиновниками было принято решение о широкомасштабном переводе на дистанционное обучение школьников. Меры по закрытию школьных и дошкольных учреждений были раскритикованы учеными в самом начале внедрения карантинных мер. Член-корреспондент РАН Н. Н. Филатов прямо говорит об исследованиях, подтвердивших безопасность SARS-CoV-2 для детей. А вот обмен вирусами в детских коллективах с неизбежным снижением контагиозности в результате мутаций будет только во благо всей популяции.

Основатель социологии в США, Уильям Томас, как-то весьма категорично заметил, что последствия ситуации реальны, если люди считают реальной саму ситуацию. Лишение человека свободы, пусть это даже столь по-современному «либеральная» самоизоляция, способно принести вред психоэмоциональному состоянию. Недаром ограничение свободы считается мерой уголовного права.

Академик РАМН В. В. Зверев предположил, что от последствий самоизоляции потери населения будут больше из-за накопленных негативных для здоровья факторов. В мае 2020 года, уже по итогам карантинных мер, ученые Израиля, Норвегии, США констатировали: вирус распространяется внутри популяции, «игнорируя» режим самоизоляции. Развитие популяционного иммунитета возможно только после распространения вируса. Страны, вводившие самые длительные режимы самоизоляции граждан — Франция, Италия, Испания — демонстрируют самую тревожную динамику роста коэффициента смертности. Особенно эта разница заметна на фоне статистики стран, вводивших только выборочные карантинные меры — Японии, Южной Кореи, Тайваня. Без выработки коллективного иммунитета в масштабах всего населения государства неизбежны новые и новые «волны» пандемии COVID-19, о чем заявляли ученые-эпидемиологи в США и Европе.

Именно активно проводимая «политика» искусственного сдерживания распространения вируса способствует сохранению высокого уровня вирулентности SARS-CoV-2. Чем дольше сдерживать эпидемию, тем дольше она будет оставаться опасной. Карантинные меры эффективны только для начальных этапов распространения заболевания. На пике заболеваемости введение режима самоизоляции только усложняет экономическую ситуацию и социальные пертурбации в обществе.

В России регионы с самыми жесткими карантинными мерами показывают самую высокую смертность от коронавирусной инфекции. Впрочем, СМИ продолжают апеллировать подобными данными именно для оправдания мер по самоизоляции граждан.

В. В. Зверев сделал предположение о возможных сроках приостановки распространения воздушно-капельной инфекции — 200 недель. Столь длительный карантин невероятен для любой страны. А потому к COVID-19 следует относиться как к новому заболеванию, навсегда «поселившейся» в человеческой популяции.

Отдельно встает вопрос по мерам изоляции для граждан, которые являются бессимптомными носителями SARS-CoV-2.

Доктор Мария Д. Ван Керкхове (Maria Van Kerkhove), американский эпидемиолог- инфекционист, заявила, что меры по выборочному отслеживанию контактов людей с выраженными симптомами болезни должны стать главными. Никаких строгих научных исследований, подтверждающих опасность бессимптомных носителей SARS-CoV-2, не существует. После своего заявления Мария Д. Ван Керкхове была подвергнута критике со стороны чиновников ВОЗ.

Член-корреспондент РАН Н. Н. Филатов бессимптомных носителей прямо назвал здоровыми людьми. Иммунная система таких людей справляется с инфекцией, способствуя выделению ими во внешнюю среду только слабовирулентных вирусов.

Анализ данных о среднем возрасте погибших от COVID-19 пациентов позволяет сделать вывод, что большая часть из них — пожилые люди. В России средний возраст умерших от коронавирусной инфекции составляет 68 лет, в Швейцарии — 84 года, во Франции — 81 год, в Германии — 83 года, в Италии — 81 год, в США — 66 лет. И сравнение среднего возраста умерших от других заболеваний совпадает со статистикой гибели от COVID-19. Т.е. не обнаруживается специфичной только для коронавируса картины смертности.

Как стало понятно из выступлений многих медиков и популяризаторов медицинских наук, большинство мер, принятых властями по самоизоляции граждан, преследовали одну цель: сгладить пик числа заболевших, во избежание обрушения оптимизированной по принципу прибыльности системы здравоохранения. Подобные оптимизации проведены в подавляющем большинстве стран. Вводимые ограничения не могут остановить распространения вируса, только сдвигая во времени пик заболеваемости COVID-19, не превысив так называемую системную емкость здравоохранения страны. Иными словами, государство, посредством введения режима самоизоляции, превращало квартиры граждан в больничные палаты за счет самих же граждан.

Мнение. Очевидно, меры по самоизоляции граждан призваны снизить пиковую нагрузку на неприспособленную для борьбы с эпидемиями систему здравоохранения. Побочный эффект такого сдерживания — сохранение высокой вирулентности SARS-CoV-2 в популяции. Введение режима самоизоляции с последующим ослаблением неизбежно приводит к возникновению новых волн заболеваемости. Коронавирус останется в человеческой популяции навсегда.

Вопрос 3. В чьих интересах действуют СМИ в период пандемии?

Большинство информационных публикаций СМИ содержат материалы, направленные на поддержание атмосферы страха и неизбежности расширения пандемии COVID-19. Иной цели нет у регулярно публикуемых картин массовых захоронений, переполненных моргов или упоминаний имен известных персон и врачей погибших от COVID-19. На тот же эффект рассчитаны «коронавирусные плашки» во всех социальных сетях с просьбой оставаться дома. Подобным образом действует социальная реклама с теми же тезисами.

Аналогичные задачи по манипулированию установками в социуме преследует регулярная публикация статистики заражения и смертей от COVID-19, приводимая без сравнения с динамикой «традиционных» инфекций типа гриппа или туберкулеза.

Говорить на тему коронавирусной инфекции без привнесения подтекста страха могли бы врачи-профессионалы. Однако, каждое мнение ученых, высказанное холодно и беспристрастно относительно эпидемии и лишенное панического надрыва, в СМИ любого толка разбавляется эмоционально окрашенным мнением «псевдоэкспертов», блогеров, журналистов или особенно «крикливых» комментаторов. Искажение картины реальной опасности инфекции сделало COVID-19 болезнью «неприкасаемой» для критики.

Мнение. СМИ превратили пандемию COVID-19 в «шоу всемирного масштаба». Почти все материалы о коронавирусе схожи: обладают целенаправленным воздействием на граждан для стимулирования соблюдения карантинных мер.

Вопрос 4. Насколько справедливы сомнения в адекватности мер, принимаемых властями для купирования эпидемии?

Для сохранения контроля над ситуацией в силовых структурах ФРГ в мае 2020 года был подготовлен отчет одного из подразделений министерства внутренних дел Германии, отвечающего за анализ кризисных ситуаций (KM4 Analyse des Krisenmanagements (Kurzfassung)). Последующая широкая публикация материалов отчета подорвала доверие населения к действиям властей по ограничению распространения коронавируса не только в Германии, но и в ЕС в целом. Главные тезисы доклада: опасность COVID-19 значительно преувеличена; погибшие от коронавирусной инфекции, в силу ослабленного иммунитета, с равной возможностью могли умереть от любой другой воздушно-капельной инфекции; система здравоохранения путем переориентации на борьбу с COVID-19 наносит ущерб здоровью граждан, оставленных без лечения других заболеваний.

В правительстве Германии особенно жестким посчитали выраженное в докладе мнение о государственных органах власти как основных источниках фейковых новостных материалов.

Власти ФРГ впоследствии приняли соответственные меры против тех, кто способствовал публикации материалов.

Тезисам из доклада немецких служб безопасности открыто вторит заявление сиднейского «Центра изучения мозга» (Brain And Mind Centre): больше граждан Австралии погибнет в результате самоубийств из-за психологического и экономического кризиса, последовавшего за карантином, нежели собственно от инфекции.

Мнение. «Внутренний служебный» характер отчета подразделения «KM4 Analyse des Krisenmanagements» доказывает осведомленность руководства стран о реальных масштабах и опасности COVID-19. В то же время, большинство СМИ ориентированы на «нагнетание атмосферы страха» перед коронавирусной инфекцией» среди населения. Связано это с тем, что принимать законные меры чрезвычайного характера государственные органы власти не намерены, опасаясь социальных последствий, и полагаются только на массовый психологический эффект.

Вопрос 5. Насколько прибыльна для сферы здравоохранения борьба с COVID-19?

Страховая медицина, как основа современного здравоохранения, не сможет избежать манипуляций со статистикой по инфицированным, бессимптомным носителям и умершим от COVID-19 пациентам. Причина этого — материальная заинтересованность медучреждений в поддержке со стороны государства. СМИ через нагнетание страха в обществе формируют запрос на активизацию участия государства в борьбе с эпидемией. Тем самым налаживаются финансовые потоки от государства к медицинским страховым компаниям и от них к больницам. Так появляются основные выгодоприобретатели от завышенного числа «коронавирусных» больных в стационарах.

В США еще весной обнаружились нелицеприятные факты «принудительного» перевода на ИВЛ пациентов, не имевших рекомендаций к искусственной вентиляции легких. Суть нарушений прояснилась, когда открылись суммы, перечисляемые стационарам за каждого пациента в палате интенсивной терапии — в три раз выше суммы, выделяемой на «простого пациента» с COVID-19. Подкрепленные документами данные о соответствующих финансовых схемах опубликовал Фонд KFF (Kaiser Family Foundation).

Особой «этической» остроты вопросам применения ИВЛ при COVID-19 добавляют данные исследований китайских ученых: более 85% пациентов, подключенных к ИВЛ, скончались в течение 6 дней. Потому «дешевая» процедура подачи обогащенного кислородом воздуха более целесообразна. Спустя несколько недель после начала коронавирусной вспышки в Нью-Йорке были получены схожие данные по смертности среди подключенных к ИВЛ пациентов. Процедура искусственной вентиляции легких относится к сложнейшим медицинским практикам, не терпящим ни низкоквалифицированного врачебного персонала, ни нарушений врачебных протоколов. Тот же Фонд KFF фиксировал повышение числа увольняющихся из американских больниц специалистов по ИВЛ, косвенно подтверждая навязывание последним «внепротокольных» правил проведения процедур.

Современные данные говорят о том, что только 3-4% заболевших COVID-19 нуждаются в искусственной вентиляции легких. А потому не выявлено достоверных фактов, связывающих успешность борьбы с коронавирусом и количеством необходимого оборудования ИВЛ в системе здравоохранения.

Мнение. Ажиотаж вокруг систем ИВЛ был на руку многим производителям медицинского оборудования. Хотя процедура ИВЛ для больных с коронавирусной инфекцией является крайне мерой, мало влияющей на общую статистику выздоровления.

Вопрос 6. Чем обусловлена связь количества проведенных тестов с количеством заболевших COVID-19?

После первых месяцев пандемии во всех регионах мира появилась возможность оценить связь количества заболевших коронавирусом с числом проведенных тестов. Сравнительный анализ показал: динамика числа заболевших людей связана линейной зависимостью с числом проведенных тестов. Количество бессимптомных носителей вируса (их большая часть) было безосновательно суммировано с количеством действительно заболевших (с соответствующей клинической картиной). Отсюда крайне «тревожная» статистика, публикуемая в СМИ. Высказываемое экспертами мнение о научной безосновательности уравнивания масштабов тестирования с масштабом эпидемии властями игнорируется. Завышенные цифры «заразившихся» оказывают должное психологическое давление на население. Таким образом, эпидемия COVID-19 — первая в мире «эпидемия тестов». Технология тестирования, а именно повышение чувствительности, только способствует увеличению числа ложноположительных результатов. Все недостатки методики тестирования изначально трактуются в пользу наличия инфекции.

Данная ситуация также выгодна бизнес-структурам системы здравоохранения. Чиновники в РФ открыто заявляли в мае 2020 года, что лечение коронавируса оплачивается за счет системы ФОМС РФ. Тарифы по COVID-19 превышают тарифы по сердечно-сосудистым заболеваниям и другим. А это делает экономически выгодным переключение медучреждений на работу с больными COVID-19 в ущерб большинству других инфекций и заболеваний. Механизм усиленного тестирования на COVID-19 только способствует подобной «экономике» в системе здравоохранения.

Мнение. Бизнес-интересы медучреждений — получение субсидий на каждого больного COVID-19 — служат основой для расширения масштабов тестирования населения. Если ПЦР-тест пациента с любой респираторной инфекцией положителен, он сразу же регистрируется как больной COVID-19. Это гарантирует получение медучреждением материальных средств от страховой компании на лечение больного, даже если это лечение проводится амбулаторно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»