Демография России. Опасное замалчивание проблемы

При цитировании информации активная гиперссылка на evo-rus.com обязательна.

Для удержания постоянной численности собственного населения (естественный прирост) математико-статистические законы, с поправкой для РФ, требуют коэффициента рождаемости со значением 2,15 ребенка на одну женщину. Принимая во внимание деформацию и нестабильность системы демографического воспроизводства, существующую в стране, коэффициент должен составлять 2,5 ребенка на одну женщину.

Особняком стоит вопрос национального состава населения, которое к 2100 году будет присутствовать на нынешней территории России. Математическая статистика, применяемая для исследования перспектив роста общей численности населения, не учитывает тонкости такого рода. А потому верным считается более радикальное утверждение: дистиллировано русским население РФ к 2100 году по национальному составу точно не останется. Возможно останется русской культура того населения, которое будет в будущем проживать на территории современной РФ, но такое утверждение противоречит догме: у каждой культуры должен быть свой носитель.

На фоне споров о перспективах депопуляции в РФ часто звучит мнение об общемировых трендах к сокращению населения в развитых странах. Считается, что Россия не может избежать этих проблем только потому, что является частью мирового сообщества. Кем-то попутно высказывается суждение о своеобразной «плате за цивилизованность» теми странами, которые столкнулись с депопуляцией. А естественный рост населения, по их же заверениям, присущ только отсталым странам.

Как-то один российский общественный деятель во время диспутов о демографической ситуации в России, привел следующие данные: на 1 января 2014 года население РФ составляло 143,7 млн человек; по данным последней переписи населения СССР 1989 года число граждан РСФСР составляло 147,4 млн.; сравнение данных переписи 1970 и 1989 годов показывает прирост населения в РСФСР на 17,4 млн человек (со 130,0 млн в 1970 году). По словам экспертов, подобное положение демонстрирует крайне негативную для населения тенденцию развития страны в целом. Некоторые ученые прямо заявляют о необходимости государственного приоритета для демографической политики в России.

В советское время хороший демограф принадлежал к когорте экономистов. Сегодня в России демография выделена в отдельную общественную науку. Это не хорошо и не плохо. Хотя факт «отлучения» науки о народонаселении от экономического знания говорит, скорее, о некотором понижении ее статуса. Теперь экономические проблемы не будут решаться с обязательным вовлечением демографов, как это было когда-то. Веяния нового времени сделали необязательным увязывание целей экономического развития страны с нуждами населения этой же страны, как бы странно это не звучало.

Государственные структуры РФ должны принять вызов, брошенный депопуляцией. Если раньше, на протяжении веков, вопрос о росте народонаселения был отдан на откуп естественной биологической регуляции, то сегодня разработка и внедрение мер по стимулированию рождаемости — обязательные элементы внутренней политики правительств большинства развитых стран.

Адекватной оценки демографического положения в правительственных кругах РФ до сих пор не существует. Даже данные «Росстата», который последние 3 года (после переподчинения) часто публикует сомнительные показатели, не берутся для анализа и построения реальных перспектив работы правительства в этом направлении. Все критические замечания о недостаточности принимаемых мер тут же воспринимаются как алармистские. Между тем банальные статистические математические выкладки на основании официальных данных, без учета прогнозов «стратегических партнеров» или международных организаций, дают основания для крайне пессимистичных прогнозов.

Демографы утверждают, что в российском обществе нет осознания критичности демографических проблем. Периодически оживляется распространение «оправдательных» аргументов в защиту существующего положения, основанных на мифе об «эхе войны». При этом говорят о «временной» демографической яме, после которой вот-вот наступит рост. Апологеты теории «демографического перехода» рисуют графики-синусоиды, показывая как после «ямы» следует «подъем», успокаивая всех тем, что такая картина роста присутствует во всех странах мира.

Независимые специалисты изображают график изменения численности населения РФ той же синусоидой, но затухающей, выходящей на устойчивый отрицательный тренд. Они же с тревогой отмечают, что установленный и математически проверенный факт депопуляции населения не признается в коридорах власти. Каждый политик трактует современную картину убыли населения по-своему. Еще чаще политики, в угоду бравурной патриотической конъюнктуре внутриполитического поля, демографической темы избегают вовсе, аргументируя это разнородностью мнений в среде самих демографов.

Некоторые чиновники демагогическими заявлениями о демографии обнаруживают свою некомпетентность. Так, представители депутатского корпуса культивируют миф о том, что меры государственной поддержки уже выправили ситуацию, и «материнский капитал» почти «вытащил» российское население из демографической ямы. Более того, мнение о том, что с населением будет все хорошо уже в ближайшие годы, «фанфарно» прозвучало несколько лет назад с самых высоких трибун. Порой манипулирование данными о росте или убыли населения в речах чиновников принимает трагикомичный оттенок: если комментируются данные о депопуляции, то упоминаются тяжелые потери в далекое военное время, если же отмечается рост рождаемости (крайне несущественный), в период 2013 – 2015 годов, то отмечается положительное действие проводимой правительством политики.

Сегодня в РФ ни один государственный институт не может претендовать на звание ответственного за демографическую политику. Обсуждать проблему демографии в стране не с кем. Президент РФ заявил в своем выступлении о трехдетной семье как о нормальной семье для России, указав, что без этого убыль продолжится. Однако на остальных уровнях власти чиновники вопросы об остановке убыли населения серьезными не считают. Никаких работающих механизмов, направленных на повышение статуса многодетной семьи, не введено ни в одном регионе РФ. Более того, в коридорах власти убеждение Путина в необходимости стимулирования рождаемости через изменение отношения к многодетным семьям считается его личным мнением.

Научные публицисты, пишущие на темы демографии, отмечают, что демографическую яму 90-х годов прошлого века в России объясняли следствием сложившегося советского уклада. При этом указывали на «неприспособленность» большинства граждан к самостоятельной жизни в условиях рынка.

Сегодня устойчивую убыль населения списать на прошлую государственную власть уже невозможно.

В 2020 году (пятый год подряд) фиксируется устойчивый тренд на ускорение естественной убыли российского населения. К концу текущего года темпы сокращения выросли на 30% в сравнении с 2019 годом, убыль составила более 300 тысяч человек. В период до 2035 года депопуляция российского населения будет ускоряться вплоть до одного миллиона человек в год. В ближайшие два года естественная убыль приблизится к отметке в 500 тысяч человек ежегодно.

В то же время, условия для естественного прироста в российских реалиях давно просчитаны математически. Чтобы Россия смогла «выбраться» из демографической ямы через 25 лет, 30% российских семей должны соответствовать такой формуле: трое-четверо детей, родители доживают до 80 лет. Только так население будет увеличиваться со средним темпом прироста. Любое изменение параметров этой «семейной формулы» — снижение количества детей в семьях или сокращение продолжительности жизни или уменьшение количества таких семей — естественный прирост остановится.

Только при смене идеологических установок каждая третья российская семья станет соответствовать такой «формуле». Многодетная семья должна быть юридически, экономически и по социальному статусу более выгодна для людей, нежели сохранение «одинокого» или «бездетного» положения.

Геополитики приводят еще один критический фактор, усугубляемый сокращением населения. Ресурсная база территории, на которой убывает население, может представлять интерес для элит других стран. И если японские острова, где уже полтора десятилетия уменьшается население, крайне скудны на минеральные ресурсы, то на территории России находятся огромные запасы полезных ископаемых и возобновляемых ресурсов — плодородные почвы, лесные угодья и пресная вода. Принимая во внимание огромную площадь страны вкупе с малой плотностью населения, депопуляция в РФ является стратегической угрозой для российской государственности в целом.

Демографические установки развитого мира

Демографическая политика всегда связана с волей правящего класса, растянутой во времени. В настоящее время демографические естественные факторы не перевешивают политические возможности. В век высококлассной медицины и развитой индустрии контрацепции вопрос роста народонаселения — вопрос строго внутриполитический.

Через 20 лет после окончания Второй мировой войны в США получили развитие идеи о необходимости контроля роста населения. Вскоре на Западе в поддержку опасений перенаселенности начали свое победное шествие такие явления-тренды: гедонизм, феминизм, «желанные дети», культура «чайлдфри», свобода абортов, институты планирования семьи, идеология пагубности проживания в большой семье, ценность личностного роста и много другое. Все это общественное движение было направлено на снижение темпов естественного прироста населения.

Параллельно многие идеологи отмечали: человечество «не хочет рожать детей». Позже этот тезис был дополнен множеством оговорок, касающихся социального уклада в стране и уровня экономического развития. Но общество признало факт: при существующем глобальном экономическом и идеологическом мироустройстве, как только у людей появляется возможность уклониться от обязательств по рождению и воспитанию детей, они непременно делают это, попутно найдя идеологические и моральные доводы для оправдания своего образа жизни.

Элиты тех стран, где убыль населения длится не первое десятилетие, активно апеллируют к «естественности» процесса депопуляции. Широко декларируются и становятся общепринятыми доводы теории «демографического перехода» от традиционного общества (высокая рождаемость, высокая смертность) к обществу современному (низкая рождаемость, низкая смертность).

Не имея возможности скрывать повышенные темпы депопуляции, власть поспособствовала маргинализации общественного дискурса о демографических проблемах, где авторитетным стало мнение о бессмысленности попыток «обуздания естественного процесса». Обладатели такого взгляда на проблему все чаще прибегали к весьма двусмысленным аргументам: в ход пошли феминистские лозунги о недопустимости «превращения женщин в инкубаторы», интеллектуалы либерального толка отстаивали приоритет «не количества детей, но качества». Тогда воспитание единственного ребенка в семье, получающего все блага цивилизации — образование, досуг, возможности для самопознания — стало считаться нормальным явлением.

В последние годы, неожиданно для традиционного мировоззрения, получила новое развитие уже привычная общественная установка «чайлдфри» — появилось сообщество «чайлдхейтеров». Сторонники «чайлдхейта» уже не скрывают пренебрежительного отношения к детям и всему, что с ними в связано обществе. Их главный оправдательный аргумент — дети забирают у женщин здоровье, у мужчин время и средства, давая взамен сомнительную «радость родительства».

Весьма вероятно, современные субкультурные установки такого рода, распространяясь в молодежной среде, приведут к еще большему сокращению населения в будущем. Тем более что такого типа идеологические конструкты, спорные с моральной точки зрения, прочно обосновались в обществе и уже стали ландшафтом демографической политики в развитых странах.

Классические демографические тезисы, так или иначе касающиеся деятельности государства, предусматривают обязательное планирование мер по увеличению рождаемости. Сроки такого планирования — не менее полувека. В условиях регулярных перевыборов в демократических странах политические программы большинства кандидатов не ориентированы на столь далекую перспективу, а потому не предусматривают демографические планы.

До сих пор имеет своих сторонников когда-то популярное суждение об индустриализации, как о причине депопуляции. Связанные с индустриализацией явления — вовлечение женщин в процесс производства, особенно после мировых войн, урбанизация — также считаются депопуляционными процессами. Сторонники этой точки зрения уверены: что если индустриализация прошла по всем миру, то и сокращение рождаемости будет глобальным. Эту тенденцию социального развития назвали «чумой малодетности».

Тезис «родил детей – работаешь на государство» для большинства развитых современных государств неприемлем. Элиты не заинтересованы в росте собственного населения. Обязательства перед собственными гражданами всегда объемнее, чем перед приезжими. А потому количество мигрантов растет во всех развитых странах. И почти всегда элита лишает местное население возможности контролировать общины мигрантов, оставив это право за собой. Так внутри страны появляется «два населения». Одно — собственное, обладающее правом контроля элиты, но сокращающееся. А второе — «в собственности», бесправное, «недорогое», компактное, с возможностью лишения гражданства.

Подходы государственных элит к планированию роста населения уже давно разделены на два вида.

Первый подход — конформистский. В этом случае элита доказывает народу тезис о «неизбежности» убыли, свойственной всем развитым странам. При этом указывается на меры, которые были приняты: финансовое стимулирование рождения ребенка, наличие поддержки для семей с детьми. Такой подход больше направлен на улучшение «социального самочувствия» населения. Одновременно именно такая концепция демографической политики порождает множество явлений в обществе, оправдывающих бездетность. Тут и агрессивный феминизм, гедонистическое восприятие жизни, завышенные стандарты потребления.

Одна из жертв конформистского подхода – Япония. Ситуация с сокращением населения в этой стране считается более тяжелой, чем в России. Если в РФ превышение смертности над рождаемостью началось (исключая 90-е годы) только в 2019 году, то в Японии этот процесс длится уже 15 лет. Усугубляется ситуация крайне «неприветливым» отношением японцев к мигрантам (среди японцев очень сильно распространен национализм), которых в стране почти нет, а вопрос об обязательных квотах поднимается только последние пару лет.

Второй подход — проектный. При таком подходе элита планирует демографическую политику на десятилетия вперед. Изыскиваются ресурсы для поддержки многодетных семей на уровне законов — гарантированное снижение налогов на несколько лет, льготное финансовое обеспечение, застрахованное от рыночной нестабильности ипотечное кредитование. Планирование роста населения предусматривает четкое видение будущей семьи. Ясное представление о семье будущего поколения, через 30 лет, позволит сформировать корректный пакет мер по стимулированию рождаемости. Требуется от элиты видение не только экономической составляющей развития страны, но и идеологическое наполнение демографической политики.

Образец проектного подхода — Израиль. Демография этой страны противоречит общемировым депопуляционным трендам.

Являясь современной цивилизованной страной с высоким уровнем урбанизации, Израиль давно отдал приоритет задачам по перманентному увеличению собственного населения. Элита Израиля, по историческим причинам, крайне заинтересована в естественном воспроизводстве населения. Результат многолетней политики стимулирования деторождения — страна вышла на рекордные показатели. Сегодня средний ежесуточный естественный прирост населения Израиля составляет около 400 человек. Каждый день в Израиле, с населением 8,8 млн человек, рождается больше 500 детей! Для сравнения: в РФ, с населением 147 млн человек, ежедневно рождается только 3600 детей.

Сами израильтяне объясняют успех своей демографической политики просто: правящая элита страны не отделена от народа и является проводником и выразителем его духовных и материальных интересов.

Советский Союз также входил в число государств, заинтересованных в стимулировании естественного воспроизводства населения. С проблемой снижения коэффициента рождаемости в СССР впервые столкнулись в 1964 году. Тогда впервые коэффициент рождаемости приблизился к границе потенциала воспроизводства, что было реальным последствием потерь в Великой Отечественной войне. Однако рост населения не останавливался до конца существования государства.

Сегодня Россия уже погружается в демографическую яму, самую глубокую в своей новейшей истории. Перед государством со всей очевидностью встала проблема спасения российского населения. И от ответа на вопрос: «Представляет ли государственная власть собственную страну без собственного населения?» — зависит будущее России.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»